joomla templates

Наш бизнес-сообщник artMisto.net

Росла девочка-егоза

Общественность города торжественно отметила «золотой» юбилей актрисы Театра юного зрителя, заслуженной артистки Украины Веры Кондратенко-Езжаловой.

Она и сегодня вышла, буд­то слегка робея, на планшет сцены, освещенная лучами юпитеров, на фоне уходящих ввысь цветных лент, как лучей небесных. И там, в зените, сомкнулись они на алого цве­та двузначной цифре - пять­десят.

Голенастая девчушка с тор­чащими в стороны концами пионерского галстука, в корот­ком платьице, светлых голь­фах и босоножках-сандалиях, смущенная пристальным вни­манием публики. Угловатый подросток со сжатыми кулач­ками, руки вытянуты «по швам». И - голос... Тот же девчоночий звонкий фальцет то ли дискант старательно выводит ноту и произносит текст. Девочка встряхивает в такт песне курчавой, с за­диристым полуоборотом, голо­вой. «Пусть всегда будет солн­це, пусть всегда будет...» — и невдомек в первые минуты зрителям, что открывает тор­жественный юбилейный вечер Веры Кондратенко-Езжаловой не кто иной, как сама юбилярша, словно отбросив со лба непослушную прядь, и с нею - десятилетия упорного тру­да, десятки ролей и образов, бесконечные репетиции и по­иски черточек и нюансов сце­нических характеров. «Пусть всегда буду я», - вот я ка­кая, как несгибаемо-упрямая цыганка Грушенька, которой, несмотря на неодолимое тече­ние лет, всегда восемнадцать.

Да и кто посмеет подумать, что хотя бы на толику боль­ше? Нет же, взгляните, вот Она, Грушенька, из одноимен­ной пьесы И. Штока по по­вести Н. Лескова «Очарован­ный странник». Смоляного цвета волна блестящих волос распущена до пояса, алая лента на черном платье тем­пераментной цыганки, обтяги­вающем гибкую, тонкую та­лию. И неистовый танец под звон монист юной красавицы из кочующего табора. Все здесь - и пляска, и хор со­племенников, и пронзительно свежее соло Грушеньки, влюб­ленной в певуна-цыгана или надменного князя, до которого «не знала она допреж никого». А поет то звонко душа чистая, непорочная о бирюзовом ко­лечке, как и двадцать лет назад, когда покоренные ромалэ бросали горстьми изум­руды и злато к ее резвым нож­кам.

В далекой Чите и степях Забайкалья рукоплескали не­давней выпускнице Харьков­ского института искусств Вере Езжаловой. Из шахтер­ского Донбасса и пролегла ее тропка в театральный вуз, хоть не гадала и не чаяла поступить на актерский фа­культет. И родные отговарива­ли, и друзья не советовали. А вот убедила девчушка из мало кому знакомого городка Харцызска строгую приемную комиссию, прошла все кон­курсные адовы круги. Навер­ное, смогли разглядеть в ней задатки будущего мастера сце­ны, которому станут одинаково близки и милы образы зай­цев, кошек, и пчелок, сказоч­ных зверюшек детских спек­таклей, и характеры нацио­нальных героинь, гордых, сильных и прекрасных цыга­нок, украинок, будь то Лілея, Наталка-Полтавка или в гро­тескной манере сыгранная эпи­зодическая роль из сильно на­шумевшего «Чонкина» Влади­мира Войновича. Вера - бес­предельно верная и верующая в свою героиню, будто это по­следний всполох звезды, ярче которой уже невозможно вспыхнуть.

И пришла любовь, озарив­шая всю ее жизнь раз и навеки, когда встретилась слу­чайно с Васей Кондратенко, что шел на один курс старше ее и идет с нею единым кур­сом вот уже без малого три десятка лет.

Рука об руку прошли они свой путь, далеко не всегда усыпанный розовыми цветами. «Укрконцерт», потом были Ка­захстан, Целиноградская филар­мония, таинственно манящая и легендарная целина, романти­ка трудовых свершений и мас­са зрителей. Они мгновенно во­площались в кровь и плоть но­вых спектаклей.

В напряжении и суматохе це­линной эпопеи, в степных сов­хозах Приишимья и казахских аулах, когда сценой служили порой кузова стыкованных гру­зовиков, а зрителями - моло­дежь сорока со роков наций, мо­лодая чета Кондратенко само­забвенно работала в составе ук­раинского национального ан­самбля в обилии благодарных зрителей, где почти каждый второй был украинец, потомок прежних переселенцев или но­вичок-целинник.

А потом был Белгород и воз­вращение в Донецк, почти двадцать лет работы на сцене украинского музыкально-драма­тического театра имени Арте­ма. Признание. Заслуженная артистка республики. И нако­нец, Донецкий театр юного зри­теля в Макеевке, где равно че­рез год имениннице предстоит очередном юбилейный творчес­кий сезон, десятый, уже тюзов­ский. И вновь актриса окруже­на всеобщей любовью и малы­шей, и взрослых, кто уже в эти весенние дни побывал на одной из премьерных постановок спек­такля «Далась вам эта Амери­ка!» и увидел ее Наташу, нашу современницу. Как мечется от мужа к взрослеющей дочери, как всеми силами пытается за­латать прорехи в дырявом бюд­жете их однокомнатного гнез­дышка, где впустую тарахтит старый холодильник, а муж, не состоявшийся ученый, грезит разве что культпоходами «на Чапаева».

В знак благодарности люби­мому юбиляру — цветы, по­дарки, приветственные адреса, грамоты. От Министерства культуры Украины, Макеевско­го горисполкома, доброжела­тельных коллег из ТЮЗа и всегда родного театра имени Артема, Донецкого театра опе­ры и балета с их оптимистичес­ки самоуверенным утверждением, что «пятьдесят — это уже не «ура», но еще и не «кара­ул»! Друзья, ровесники первых лет театральной молодости, когда «сводили с ума белой акации гроздья душистые». За­метно повзрослели, возмужали они, и уже призывают «прину­дить сердце, нервы, тело тебе служить...».

А очаровательная виновни­ца праздника кружится в вальсе с галантными ка­валерами из молодежного театра-студии «Штрих» и, мгновенно сориентировавшись, дерзко бросает в зал ответ на «каверзный» вопрос интервьюе­ров:

-           Кто ваш любимый актер?

-           Василий Кондратенко! - и тот же чистый голос, та же непосредственно искренняя ин­тонация.

Зал и сцена скандируют вме­сте: «Вася! Вася!».

А он здесь, со всеми отчаян­но аплодирует своей родной и высоко вознесенной и вдруг, словно вырвавшись из стреме­ни, мчится по боковому прохо­ду партера, роняя цветы, мо­лодецкими прыжками, через ступеньки — на ярко Освещен­ную сцену, к друзьям по Им­провизированному табору, к своей единственной, облаченной уже в алое бархатное платье с русалочьим шлейфом.

Счастья вам, обожаемая Ве­ра Васильевна. с земляка ми- зрителями, которые чествуют вас, коллегами, окружившими шумной гурьбой, да красавцам- соколами по обе руки, что в порыве восхищения обнимают вас, такие похожие и родные вам, муж и сын, артист и педа­гог.

С юбилеем! И - многая ле­та!

Анатолий ОТСТАВНОЙ. Макеевский рабочий, 20.05.1997

Назад в архив