joomla templates

Наш бизнес-сообщник artMisto.net

Сезон согласия

В преддверии 20-го театрального сезона в Донецком областном русском театре юного зри­теля наш внештатный корреспондент беседует с главным режиссером, заслуженным деятелем искусств УССР Виталием Петровичем АВЕР­ЧЕНКО.

- Виталий Петрович, вы создавали этот театр, много лет являетесь художествен­ным руководителем. Каждый сезон, видимо, памятен ка­кими-то событиями, этапными спектаклями. Можно говорить о сезоне «Пушкина», «Ромео и Джульетты», «Сталеваров», «Пасынков времени». Если следовать этой логике, как бы вы назвали предстоящий сезон!

- Можно согласиться с таким определением театральных сезонов: особо помнятся этапные работы. Но я хотел бы предложить вам посмот­реть на прошедшие сезоны несколько под другим углом зрения. Театр — это клубок проблем. Я не имею в виду сегодняшние проблемы, каса­ющиеся всех нас. Театр — частица сложного организма, именуемого обществом. И боли общества — это и боли театра. К тому же театр юно­го зрителя имеет свои про­блемы, во многом специфи­ческие, свойственные только ему. И вот каждый сезон ча­сто запоминается той или иной проблемой, выходящей на первый план.

- Не могли бы вы позна­комить наших читателей с этими сугубо тюзовскими проблемами!

- Существует «дефицит» репертуара. Отсюда проблема драматургии. Актуальны про­блема актера и проблеме зрителя. В жизни их перепле­тение очень сложно...

Первопричину многих тю­зовских проблем я вижу в том, что творчество детского театра определяется удачным сочетанием педагогического и художественного начал, во­зобладает педагогическое без художественного — спектакль будет скучным, наоборот — это уже не детский театр. От­сюда вытекает очень высокое требование к драматургии. И если самые маленькие хорошо воспринимают сказки, то старшеклассники — классику и спектакли о своих сверст­никах. Хотя... в последнее время это относится не ко всем старшеклассникам. И здесь мы во многом должны «благодарить» тех дядей и теть, которые ведают видео. То, что сегодня смотрит школьник по видео, не все­гда взывает к лучшим чело­веческим чувствам. Я рас­сматриваю такие видеофильмы, как мину замедленного действия, заложенную в вос­питательный процесс. Это к слову. А вообще хотел бы отметить, что спектакли, оп­ределяющие лицо ТЮЗа, — это спектакли для подрост­ков.

- Тогда как понять репертуарную политику, проводи­мую вами в прошлом! Ведь вы сознательно шли на овзросление репертуара!

- Мы хотели расширить диапазон воздействия театра, охватить не только детей, но и их родителей. Отсюда так много «взрослых» спектаклей в нашем репертуаре. Но сей­час я считаю, что необходи­мо сосредоточить внимание на детях. Им можно и нуж­но привить потребность в те­атре. А для старшеклассни­ков и взрослых будем ставить два спектакля в сезоне.

В предстоящем сезоне зри­тели познакомятся с такими спектаклями, как «Жизнь и необыкновенные приключе­ния солдата Ивана Чонкина» по одноименному произведе­нию В. Войновича и «Греме­ла группа «Гномы» по пьесе давнего автора нашего теат­ра Владимира Попова. Зри­тели со стажем помнят его «Третий голос», «Пропуск Стаса Захарова».

- Вы говорили о пробле­ме актеров театра юного зрителя. Нельзя ли об этом подробнее!

- В обычном театре актер взрослеет вместе со своими зрителями. В ТЮЗе актер, хотя тоже взрослеет, должен сохранять, «консервировать» в себе детский настрой, моло­дость души. Особенно это от­носится к травести — актри­сам, исполняющим роли юношей и мальчиков. Очень сло­жен для них переход на возрастные и характерные роли. К тому же есть еще и такой немаловажный компонент, как «отдача» зрительного зала. Бывает, что и спектакль хорош, и актеры работают самозабвенно, а зрительный зал не воспринимает.

- Чем вы это объясните?

- Трудно ответить одно­значно. Бывает слишком высокий интеллектуальный уро­вень драматургии. К приме­ру, спектакль «Влияние гамма-лучей на бледно-желтые ноготки». Может, «сюсюканье», снижение уровня отучило зрителя от таких спектаклей. А может, виной эмоциональ­ные перегрузки в жизни, ус­талость. Столько всего навалилось на нас, на наших де­тей, что срабатывает свое­образная защита. Хотя эмо­циональная защита очень близка к душевной глухоте.

- Вы еще не дали харак­теристику предстоящему се­зону...

- Попытаюсь это сделать несколько позже, когда кос­нусь еще одной проблемы в работе со зрителем. Так по­лучилось, что воспитание и обучение долгое время были тесно объединены: сын учил­ся у отца трудовым приемам, воспитывался на его примере. Потом обучение и воспита­ние разъединились, но все равно родители оказывали очень сильное влияние на воспитание. Когда же школа наряду с образовательной задачей поставила и задачу воспитания человека, неради­вым родителям это сна­чала показалось благом. От­дал сына в школу — и никаких проблем. Но затем благо обернулось бедой. Невосгребованность образования по­влекла за собой и невостре­бованность воспитания. До сих пор школа и многие ро­дители спорят: кто должен воспитывать ребенка. Резуль­татом этого спора стало то, что главным воспитателем стала... улица. Так вот, театр юного зрителя хотел бы объ­единить и родителей, и де­тей, и учителей. Но так по­лучается, что на спектаклях нашего театра бывают роди­тели только с детьми-дошко- лятами. Школьники ходят уже в составе класса. С одной стороны, многие родители обедняют себя, лишая обще­ния с детьми во время спек­таклей, а с другой — для многих учителей театр стал дополнительной нагрузкой. Их отношение к театру стало соответствующим. Это отно­шение чутко улавливают де­ти, и посещение театра часто дает обратные результаты тем, на которые надеялись мы. Мне хотелось бы думать, что предстоящий теат­ральный сезон станет сезо­ном согласия всех, кто заин­тересован в приобщении на­ших детей к театру.

Н. ПЕТРОВ, Макеевский рабочий, 24.10.1990

Назад в архив