joomla templates

Верю и не верю

Наш бизнес-сообщник artMisto.net

Открытия, эмоции и размышления о театральной жизни Донбасса

Межрегиональный фестиваль «Театральный Донбасс» — именно та акция, которая осуществляется ради спортивного, по характеру, и творческого, по сути, соревнования. Встречают театры, на этот раз их было шесть, — Луганский областной русский драматический театр, Макеевский областной русский театр юного зрителя, Мариупольский областной русский драматический театр, Северодонецкий городской театр драмы, Днепропетровский молодежный театр-студия «Верим!» и Донецкий областной украинский музыкально-драматический театр — работники которых хорошо знают друг друга, ревниво следят друг за другом и завидуют более благополучным. Убежденные же в собственной самодостаточности на «Театральный Донбасс-2008» просто не едут, хотя всегда есть повод сомневаться в самом себе.

Первое, что заставляет сомневаться в собственной же компетентности, после недельного вахтового просмотра спектаклей «Театрального Донбасса», это господствующая безвкусица какой-то там элиты, готовой выложить безумные деньги за развлекательную театральную мелочишку, и не доплатить до прожиточного минимума рядовому артисту провинциального театра. Спектакль «Додо» по пьесе Клайва Петона (режиссер Александр Дзекун) русского театра из Луганска, который был отмечен дипломом за лучшую режиссуру, сценографию, музыкальное оформление и несколько ролей (артисты Валерий и Анна Приходкины, Полина Шкуратова и Богдан Музыка) является одной из наиболее успешных театральных премьер прошлого сезона Украины. В нем все достаточно продумано и при этом ни одного формального решения, все до крайности искренне сыгранно, хотя артисты воспроизводят каких-то странных существ — человеко-птиц, и все до последнего слова понятно, при том, что действие происходит или на необитаемом острове, или в небытии, или во сне.

Лауреат Шевченковской премии Александр Дзекун в признании не нуждается, а вот сам луганский Русский театр, тот, где появился этот очень грустный, проницательный и философский спектакль, как будто не из родных детей. Его дальнейшую успешную творческую жизнь намерен налаживать новый режиссер Олег Александров — бывший руководитель Северодонецкого городского театра, который еще несколько лет назад собирал всякие награды театральных фестов в Харькове, Тернополе, Донецке. Сегодня же, за тотальную нелюбовь местной власти стотысячного индустриального города к театру, Северодонецкий коллектив вряд ли выживет. И самое неприятное, что тех, кто сознательно игнорирует театральные проблемы, не смущают никакие сомнения: прибыли от просмотра спектаклей они хотят подсчитывать теперь и сейчас, а не через несколько лет, когда вырастет новое поколение не потерянных для позитивных эмоций людей.

Именно надежда на будущее является едва ли не наибольшей поддержкой в сегодняшнем дне макеевского Театра юного зрителя, который получил статус театра-аутсайдера. При том, что постановку абсурдистского фарса Г. Боэтиуса «Девушка вышла замуж за индюка» полноценно успешной назвать сложно, этот странноватый, ориентированный на подростковую аудиторию спектакль, является реальной перспективой для театра, который не желает ограничиваться показом искусственных зверинцев. Подросток, который засиделся в театре — это сегодняшняя суперпобеда макеевчан, которым в будущем еще придется бороться за птицу настоящей творческой удачи.

Таким же на «Театральном Донбассе-2008» был признан моноспектакль актрисы Мариупольского театра Натальи Юргенс, которая одна сыграла все роли в пьесе-шлягере Э.-Э Шмитта «Оскар и Розовая дама». Ее Оскар и ее Розовая дама — это что-то совсем иррациональное, сумасшедшее и необъяснимое для здравого смысла. Юргенс почти стихийно играет роскошь мгновенной радости и отчаяния, воспроизводит наслаждение долгой полноценной жизни и равнодушие обязательной смерти, играет вообще все, что может уместить человеческое сознание и душа, которые не желают прозябать и безвестно исчезнуть. И объяснить как это делает Наталья Юргенс, поднимаясь немного на пальце, дрожащими руками перебирая бумажки, беспомощно улыбаясь сквозь слезы, это значит не объяснить ничего в ее колдовской актерской работе.

На самом деле, имена актрис такого масштаба дарования, как Наталья Юргенс в Украине можно перечислить на пальцах двух рук. Они словно из другой театральной эпохи, той, где легкомысленно сыгранная театром-студией «Верим!» «Чайка» А. Чехова показалась бы эстетическим вызовом. Главным лицедеем этого, визуально похожего на слайд-шоу из силуэтных картинок, спектакля оказывается совсем не персонажи Чехова, а придуманный режиссером Владимиром Петренко Тапер (актер Юрий Лысняк). Он задает тон, темп, ритм игры и жизни, он прислушивается к самым интимным исповедям Аркадиной, Тригорина, Треплева а когда он исчезает, все летит вверх ногами, человеческое существование превращается в мрачный хаос обреченности.

Наконец, революционный по своим эстетическим параметрам спектакль на «Театральном Донбассе» также был. Им оказалась «Свадьба Фигаро» В.-А. Моцарта, воплощенная Еленой Негреску в Донецком украинском музыкально-драматическом театре. При этом ряд провокационных вопросов, которые сопровождают сообщение об оперном спектакле в драматическом театре, опровергается довольно легко: ведь ни в одном театре Украины нет современной интерпретации оперы Моцарта. Запыленные костюмные постановки, помпезные, похожие на кладбищенские надгробия декорации, малоподвижный грустный хор и натужное пение солистов — вот такой призрак солнечного гения блуждает по сценам наших музыкальных театров. Донецкий же спектакль, где есть огромный экран с проекцией старинных замков, спортивных шоу и сказочных ландшафтов, феерически и неоспоримо соединяет времена. К тому же он еще и неудержимый, с мощной фантазией благодаря молодежному составу исполнителей, игровой и преисполненный разнообразными гегами, так, что зрители даже смущаются от подобной непосредственности.

Пока надеяться, что в нынешнем безвременье каждая творчески-культурная акция имеет настоящее общественное значение — это наивно. Организация сотен помпезных собраний и действ, призванных усилить, повысить и углубить зеркально повторяет ряд конъюнктурных мероприятий двадцатилетней давности, причем приблизительно с тем самым эффектом: их кощунственная эйфория, не подкрепленная искренними духовными интенциями, поражает формальностью и искусственной идейностью. Реальную же заинтересованность в чем-то откровенно могут удостоверить только участники акции — театры и публика, те, кому это действительно нужно, те, кто в себе продолжает сомневаться, а значит, стремится, чтобы его видели и слышали.

Анна ВЕСЕЛОВСКАЯ . №185, середа, 15 жовтня 2008

Назад в архив